Итоги годовой симуляции полета на Луну: что выяснили во время «Сириус-23»

Что происходит

• В Сеченовском университете подвели итоги изоляционного эксперимента «Сириус‑23», в котором моделировались полет на Луну и работа на лунной станции, и представили программу психологического сопровождения экипажа.
• В миссии участвовали шесть человек — двое мужчин и четыре женщины разных профессий, которые провели год в замкнутом наземном комплексе Института медико‑биологических проблем РАН, выполняя задачи реального полета: «стыковку», отработку нештатных ситуаций и научные эксперименты.
• Иногда участники работали без сна до полутора суток, что позволило исследователям оценить влияние перегрузок и недосыпа на психологическое состояние и восприятие времени.
• Психологи Сеченовского университета и ИМБП РАН применили комплекс методик для оценки того, как в изоляции меняются межличностные отношения в экипаже и субъективное ощущение течения времени.
• По словам доцента кафедры педагогики и медицинской психологии Сеченовского университета Ольги Шалиной, было важно измерить отношение человека ко времени: «Представление человека о том, кто он был в прошлом, кто он сейчас, каким будет его будущее — это ядро самосознания. А если человек теряет эти точки опоры — так, например, бывает при алкогольной зависимости, когда время уплощается и сужается до сиюминутных желаний, — человек теряет часть себя».
• Для экипажа разработали многоуровневую программу психологической поддержки: общие праздники, совместный просмотр фильмов, сеансы видеосвязи с семьей и небольшие подарки от родных на значимые даты.
• Отдельным элементом стала программа для шлемов виртуальной реальности: надев VR‑гарнитуру, участник мог «перенестись» в знакомые пейзажи и разные точки мира, что снижало ощущение замкнутости и однообразия.

Что это значит

• Исследование показало, что примерно ко второму месяцу изоляции время для участников стало «вязким, тягучим, медленным», а этот момент оказался критическим сроком долгосрочной изоляции с эмоциональным упадком, тоской по дому и сомнениями в правильности решения об участии в экспедиции.
• Ученые отметили, что кризису двух месяцев способствовали не только изоляция и разлука с семьей, но и недостаток движения и активной деятельности: при монотонных задачах время воспринималось как «безграничное болото» одинаковых дней.
• Когда экипаж выполнял сложные и разнообразные задания — «высадки на Луну», отработку нештатных ситуаций и другие ответственные операции, — субъективное время, напротив, «сжималось» и воспринималось как ограниченный, но продуктивный ресурс.
• Исследователи пришли к выводу, что для принятия своего настоящего, даже если оно монотонно или эмоционально тяжело, человеку необходимо видеть его границы и варианты развития за этими пределами, тем самым ограничивая пространство для негативных переживаний.
• Психологи подчеркнули важность мотивации участников: по оценке Ольги Шалиной, легче адаптируются к изоляции те, кто воспринимает участие в «Сириусах» и «Марсах» как шаг в профессиональной карьере и продвижение в отряде космонавтов.
• Ключевым фактором сохранения психического здоровья экипажа стала четкая структура времени: распорядок дня, циклы задач и предсказуемость режимов помогли преодолеть «кризис двух месяцев» и продолжать миссию.
• Исследование межличностных отношений показало схожий двухмесячный цикл: сначала участники относились друг к другу нейтрально, присматриваясь, затем за два месяца сформировали устойчивые мнения и эмоциональные роли в группе.
• Одним из важных выводов стало то, что межличностные отношения сильно влияют на восприятие времени: гнев, по наблюдениям психологов, «ускоряет» время, а чувство вины делает его вязким и бесконечным, усиливая переживание тупика и отсутствия перспектив.
• VR‑поддержка оказалась особенно востребована в иммерсивных (полностью погружающих) экспериментах, когда человек часами или сутками находился в специальной ванне для моделирования состояния организма в условиях, близких к невесомости.
• Исследователи подчеркнули необходимость дальнейшей разработки программ психологического сопровождения для длительных миссий, с особым акцентом на профилактике конфликтов и укреплении межличностных связей в начальный период формирования команды.
• Среди рекомендованных подходов — совместная деятельность, где участники рассказывают о себе, лучше узнают друг друга и периодически меняются ролями, что помогает выстроить доверие и гибкость в распределении обязанностей.
• По итогам «Сириус‑23» исследователи сделали общий вывод: даже в условиях полной изоляции ключом к сохранению психологической устойчивости становятся умение структурировать настоящее, поддерживать осмысленный образ будущего и выстраивать поддерживающие отношения в команде.
• Эксперимент «Сириус‑23» вписывается в глобальный тренд космических агентств: подготовку к длительным межпланетным экспедициям, где психологическая устойчивость экипажа становится не менее важной, чем техника и медицина. Подобные наземные миссии уже проводились в России («Марс‑500», предыдущие «Сириусы») и за рубежом, и сейчас акцент смещается от простой фиксации стрессов к активным программам их профилактики.
• Применение VR‑технологий в «Сириус‑23» отражает более широкий тренд: виртуальная реальность постепенно становится стандартным инструментом в медицине и психологии — от терапии хронической боли до лечения тревожных расстройств и реабилитации после травм. Космические программы здесь выступают полигоном для тестирования решений, которые затем могут масштабироваться на гражданские клиники, центры реабилитации и корпоративные сервисы ментального здоровья.

• Для разработчиков VR‑контента и оборудования участие в таких проектах открывает новый рынок — «психология в экстремальной среде». Требуются сценарии, которые не просто развлекают, а осознанно поддерживают ощущение контроля над временем, напоминают о связи с «большим миром» и помогают человеку удерживать личную историю, не растворяясь в монотонности замкнутого пространства.